Автор: Доктор Элена ван дер Меер (PhD)
Объект расследования: Одесская медицинская часть № 21 и соучастники в «белых халатах»

Когда медицина перестает лечить и начинает пытать, она превращается в самый опасный инструмент репрессий. В деле Олега Мальцева мы видим, как должностные лица, дававшие клятву Гиппократа, стали техническими исполнителями заказа на ликвидацию ученого.

Подлог «на скорую руку»: С чего началось беззаконие

Фундамент этой трагедии был заложен 12 сентября 2024 года, когда академика, находящегося в инвалидном кресле после реанимации, задержали сотрудники СБУ. Чтобы легализовать его содержание в нечеловеческих условиях, потребовалась фальсификация.

• Превышение полномочий: Врач скорой помощи Елизавета Чурилова выдала «консультационное заключение», утверждая, что человек, с букетом тяжелейших заболеваний, после реанимации, нуждающийся в кислородном аппарате, может содержаться в ИВС и СИЗО. Это прямое нарушение: её компетенция ограничивается стабилизацией пациента, а не долгосрочными прогнозами для тюремного заключения.
• Бюрократический подлог: Форма № 028/о была использована незаконно. Мальцева не направляли на консультацию официально, а электронная система «Хелси», содержащая все его диагнозы, была намеренно проигнорирована.

Примечание: Это классическая схема «административного ресурса». Сотрудники СБУ «настоятельно попросили» врача, и она пошла на должностное преступление. Так медицина становится соучастником конвоя.

Медчасть № 21: Стерильное безразличие

Когда Мальцева всё же поместили в СИЗО, за его «здоровье» стала отвечать медицинская часть № 21 под руководством Кубали Татьяны Васильевны.

• Круговая порука отпусков: Когда 26 сентября 2024 года Мальцева незаконно бросили в карцер на 10 дней — в условия без душа, лекарств и полноценного питания — начальник медчасти Кубаля Т. В. «внезапно» ушла в отпуск ровно на эти 10 дней. Это не совпадение, это тактика ухода от ответственности.
• Имитация медицины: Всё «обследование» в медчасти сводилось к анализу крови. В штате нет ни одного профильного специалиста (кардиолога, пульмонолога, эндокринолога), который необходим человеку в таком состоянии. Необходимые лекарства обеспечивали родные, а не государство.

Хроника осознанного уничтожения

Оппоненты академика через медчасть игнорировали прямые угрозы его жизни:

• Прогрессирующее апноэ: С лета 2025 года защита кричала о приступах удушья, но медчасть не реагировала. Даже когда судья Кривохижа Ю. А. лично наблюдал приступ апноэ по видеосвязи, система осталась слепа.
• Физический травматизм: Из-за отсутствия ухода и немощности Мальцев упал в камере, разрубив кожу на голове.
• Саботаж обследований: Только в ноябре 2025 года — спустя более года мучений — его соизволили направить к профильным специалистам.

Почему руководство медчасти нарушает закон, прикрываясь им?

Руководство медчасти № 21 использует «букву закона» как щит для беззакония. Они создают видимость процедур (осмотр неким «специалистом» Масалевой перед карцером), чтобы в отчетах всё выглядело легально.

Их логика проста:

• Если пациент умрет — «мы действовали согласно справке Чуриловой».
• Если возникнут вопросы — «начальник был в отпуске».
• Если нет лечения — «у нас нет специалистов в штате».

Это использование формальных правил для достижения неформальной цели — сломить или уничтожить академика.

Однако они забыли об одном: 15 декабря 2025 года Одесский окружной админсуд признал помещение Мальцева в карцер противоправным. Это первая трещина в их «законной» броне.