Материалы отфильтрованы по дате: Май 2019

Рецензия на книгу “Лепка”

Май 25 2019 / Опубликовано в Аналитические материалы

Существует в мире специфический сорт информации, который окутан легендами и былями. А повествует нам эта информация о существовании неких секретных материалов, изучение которых может превратить вас в сверхчеловека и открыть вам все страшные тайны тех небес, на которых обитают сильные мира сего.

И найдется великое множество разных книг и мастеров, которые готовы сделать из вас сверхчеловека уже завтра. Вот сегодня вы читаете их книгу на основе секретных материалов, а завтра — просыпаетесь сверхчеловеком. Но это скорее сказки для взрослых.

Хотя, если мы обратимся к истории, то увидим, что в ней хранятся имена личностей, которых легко можно причислить к сонму сверхлюдей, с абсолютно незаурядными способностями, людей которые совершали подвиги, которые могли делать поступки непостижимые обычному среднестатистическому человеку. А еще, история покажет вам, что возможности этих людей всегда давали им определенный статус, авторитет в очень разных областях, политике, военном деле, криминальном мире, медицине, науке и вы можете анализировать их поступки, но о том как они пришли к выполнению этих задач вы не найдете ни слова.

Совсем недавно, как продолжение цикла научных исследований в области русской криминальной традиции, вышла книга профессора Олега Викторовича Мальцева «Лепка».

Это 3-я книга в цикле из 4-х частей, посвященном исследованию русской криминальной традиции. Ей предшествовали книги «На ножи» и «Махалово».

Комплексно, эти исследования дают целостное понимание того, что такое русская криминальная традиция, как она развивалась и во что трансформировалась.

Но книга «Лепка» - особенная книга, которая не просто описывает тактики, стратегии и подходы, которые веками использовались в криминальном мире, она рассказывает о переломном историческом моменте, когда в 1938 году академик Попов, начав исследовать  русскую криминальную традицию, превратил эти знания в систему воспитания спецбойцов, людей, способных решать задачи любой сложности. Тех сверхлюдей, обученных по секретным техникам, о которых и ходят легенды, ложась в основу разных литературных вымыслов.

Перед тем, как начать знакомство с книгой и предметом изложенным в ней, важно сказать чем эта книга не является: это не учебник, не пособие по боевым техникам, с помощью которых русский криминал убивал людей, это не художественная литература и не личные домыслы автора.

Книга основана на научных исследованиях истории русской криминальной традиции, боевых моделей, стратегий, тактик и технического арсенала, применяемых этой традицией и непосредственно изучении системы академика Алексея Яковлевича Попова, последователем которого и является профессор О.В. Мальцев.

Книга рассказывает о разных уровнях подготовки и инструментах, которые получают люди, проходящие эту подготовку с применением системы Попова.

Лепка - это уровень воинской системы известный в русской традиции еще с 13 века, сохраненный криминальным миром и взятый академиком Поповым как основа для создания системы воинской подготовки. Во время реставрации и создания воинской системы, сбор информации проходил не только в криминальной среде, использовались знания одрессировке животных, которая стала второй базовой моделью системы преобразованной под новую среду.

Лепка - это когда все легко и решаемо, когда ваш авторитет не оспорим, когда звери и люди поддаются дрессуре, садятся на «Алле-оп!» и прыгают через горящее кольцо, при этом, не в каких-то конкретных условиях, а где бы вы не оказались.

Но перед тем, как все станет легко, надо освоить и пройти целую многоуровневую систему подготовки, состоящую из интенсивных блоков, программ, оттачивания технических навыков, психологической подготовки, умения работать с оружием.

В книге «Лепка» 10 глав и они последовательно открывают вам исторические  условия формирования криминальной традиции и ее боевых техник, проводят аналогии русской традиции с разными мировыми воинскими традициями и подводят вас к моменту, когда лепка как некая система, скорее даже ядро этой системы, память, которую накопила эта субстанция применяемая в криминальной среде, была пересажена академиком С.Я. Поповым в новую среду и использована теперь уже как методология обучения спец агентуры.

После ознакомления с этой информацией, продолжая читать книгу, вы удивительным образом оказываетесь в совершенно новом информационном контексте и начинаете знакомиться с системой тренировки изнутри, постигая один за одним ее аспекты.

Книга выводит нас на понимание самой сути системы «лепилова» и основных этапов подготовки к ней, ее инструментов и принципов. Но знание этих аспектов не означает, что вы немедленно овладеете приемами «лепилова», да книга и не ставит перед собой таких задач.

 «Лепилово - это не только воинская систе­ма, или руководство к задержанию диверсанта. В преступной среде, например, это система реализации авторитета. В каких-то других ситуациях, это может быть просто разговор с человеком, но одной беседы будет достаточно, чтобы оппонент все «уразумел» и понял, кто есть кто. На Руси «лепить» выступало синонимом к понятию «воспитывать», причём «лепилово» относилось не только к людям”, - пишет автор.

Всего Попов вывел 5 уровней, которые соответствовали разным уровням доступа и содержали техники, которые использовались для обучения разных людей для решения задач на разных уровнях сложности. И все эти уровни описаны в книге «Лепка».

И если махалово - это инструмент завоевания статуса, то лепка - это инструмент его реализации в жизнь. Освоив лепку, вы в любой момент можете вынуть ее из среды криминального мира или мира спецслужб и применить например в бизнесе, обучении или любой другой сфере, в которой вам надо действовать.

Что бы понимать принципиальное отличие от Махалова, в котором мы учимся отрабатывать удары, Лепка учит работать в любых ситуациях, например без рук, если вас ранили, учит контролировать степень увечий, работать с дистанцией, прогнозировать и моделировать поведения противника, учит применять технику и выстраивать тактические цепочки действий под конкретные ситуации, работать с разным оружием применять его для разных задач и дистанций, вам должно быть все равно, что происходит, освоив лепку  вы становитесь готовы к любой ситуации.

“Прежде чем сподобиться виртуозно щёлкать сверхзадачи, как орехи, сначала надлежит научиться справляться с задачами обыкновенными, плано­выми. Как и многое в этой жизни, Лепка требует подготовки. И только в том случае, когда мы переходим на уровень выполнения сверхзадачи, к обучению и научению самого эти сверхзадачи реализовывать,_ мы начинаем изучать Лепку. И так целый свод знаний поднимает вас на совершенно другой уровень”.

В книге професора Мальцева “Лепка” мы знакомимся с моделью, технологией трансформации, превращения всего в инструмент решения задачи. Это и владение оружием, и принятие безошибочных решений, и умение думать определенным образом, ориентироваться в любой системе координат.

Если хотите, это система програмирования себя на эффективность, отточеная веками, проверенная лагерями, войнами и улицами и не знающая поражений, возможность узнать о существовании которой, мы получаем именно благодаря книге “Лепка”.

Рецензия на книгу «Махалово»

Май 20 2019 / Опубликовано в Аналитические материалы

Уличный бой опасен тем, что может настигнуть вас где угодно. И вам не помогут фильмы про крутых боксеров и едва ли поможет пояс по каратэ, айкидо или другим спортивным видам единоборств и боевых искусств. Улица живет своей жизнью и правила боя у нее тоже свои.

В серии книг посвященных исследованиям русской криминальной традиции академика О. В . Мальцева, описаны именно те приемы и техники боя с использованием ножа, которые применяют лица криминалитета. А соответственно, изучение техник, которые использует ваш потенциальный противник и будет самым эффективным способом защиты на улице.

«Махалово» – вторая часть в серии из 4-х книг, посвященных изучению русской криминальной традиции и ее воинского искусства. Это исследование проведенное группой экспертов юристов-криминалистов под руководством профессора О. В. Мальцева. Книге «Махалово» предшествовала книга «На Ножи», которая стала, своего рода, экскурсом для ознакомления с предметом. А развернутое и детализированное описание техник боя русских криминальных кругов подано в «Махалове» и следующих 2-х книгах данной серии.

Если книга «На ножи» только знакомит нас с 36-ю ударами, на которых строится система уличного боя, то книга «Махалово» рассказывает о тактиках, стратегиях и моделях применения всех этих ударов на практике.

На жаргоне махалово - это и есть система, симбиоз рукопашного и ножевого боя, применяемый представителями уголовного мира. «Как известно, нож в уголовной традиции – это вещь особенная и считается сакральной. Пистолет, топор хоть и свойственны русской криминальной традиции, а мы знаем, что люди ездили на лесоповал, рубили деревья и т.д, но нож заточка, пика, приблуда.. всегда были явным спутником человека, который попал в неприятности и кроме как на нож, надеяться было не на что. Без преувеличения можно сказать, что нож в русской уголовной традиции - это своего рода спутник, учитель, источник знания, позволяющий сохранить жизнь, положение, статус”, – пишет автор. Материал в книге изложен с помощью схем, иллюстрирующих применение того или иного удара и описания к этим схемам. Так, мы получаем 36 блоков, соответствующих 36 ножевым ударам.

Каждый из ударов расписан как отдельная техника, связка оборонительных и наступательных приемов и позиций. Мы находим в книге подробное и наглядное описание того, как вам надо двигаться при защите и нападении, как парировать удар, как чередовать удары, как переходить от защиты к нападению и как уходить в защиту, как обезоружить противника и как действовать в случае, если на вас напал один человек или группа лиц.

Следует заметить, что эта боевая традиция не выдумка автора и отнюдь не новое боевое искусство. Система изучения боевых тактик в русской криминальной традиции была взята на вооружение военной разведкой еще в 30-х годах 20 века.

В свое время, заметив эффективность техники боя используемой уголовниками, известный ученый, академик Григорий Семенович Попов занялся глубинным исследованием в области истории русской криминальной традиции. Для того чтоб изучить уголовную традицию, воссоздав на ее базе боевую систему, которую можно было бы применять в эшелонах военной разведки и для обучения отрядов спец назначения, в 1938 Поповым был создан целый исследовательский институт. В этом закрытом центре он занимался исследованиями русской уголовной традиции, интервьюируя реальных носителей этих традиций и техник -  представителей криминалитета. В ходе этих исследований академику Попову удалось восстановить историю формирования криминальной традиции и создать на ее базе сложную многоуровневую систему, применяемую для обучения спецслужб.«Долгое время эта информация была засекречена, а в какой то момент гриф 000, Совершенно Секретно с нее был снят» – пишет О. В. Мальцев. Но если вы начнете искать книги о махалове или других боевых традициях именно русского криминального мира, основанной на информации из первоисточников, достоверной информации будет крайне мало. Можно найти книги посвященные авторским техникам ножевого боя, но к исконным традициям русского криминала эти системы будут иметь весьма отдаленное отношение. Это скорее клубные интерпретации разных систем ножевого и рукопашного боя, несомненно применимые, но имеющие косвенное отношения к боевым техникам именно криминального мира.

Система Г.С Попова. 5 уровней секретности боевых техник в русской криминальной традиции

В ходе подготовки материалов для книги «Махалово» стояла задача восстановить именно русскую криминальную традицию, основываясь на материалах из военных источников и уникальных исследованиях исторических, психологических, философских аспектов криминального мира и его организации. Эти исследования дали возможность получить целостное представление о пространстве, в котором развивалась данная система. Особое внимание следует уделить лингвистическому методу исследований, которые применяет О.В. Мальцев. Глубинное изучение терминологии криминального языка помогает восстанавливать события, явления и прослеживать нить их трансформации во времени. Именно язык фиксировал названия техник, ударов, видов оружия бытующие в криминальных кругах в разные исторические периоды.

Будучи последователем системы академика Попова, О. В . Мальцев смог реставрировать логические и тактические модели, а также весь арсенал технических элементов в русской криминальной традиции и описать методики их применения в условиях реального боя. Глубинное изучение техник атаки со стороны потенциального противника было проделано для того, что бы создать систему противодействия. Техники описанные в книге носят в первую очередь оборонительные задачи. Благодаря книгам «На ножи», «Махалово» мы знаем как защитить себя не от условных атак и условных приемов каких-то неизвестных, а от конкретных техник, которые используют конкретные группы лиц. И используют не просто хаотично и необдуманно, а осознанно оттачивая одни и те же удары веками. Ведь как показали исследования, русская криминальная традиция и ее военное искусство существует много веков – не видоизменяясь, но усовершенствуясь.

История русской уголовной традиции говорит о том, что существуют определенные условия, среда, в которой нетронутой передается информация, и передается тайно, внутри круга. Время только меняет декорации, но некая вера сохраняет правила, традиции и сценарии. И вот в плоскости этой «воровской веры» кочует из века в век традиция драться, убивать ножом и именно эта система описана в книге «Махалово». И изучая ее, мы будто получаем яд, для того чтобы приготовить противоядие.

Рецензия на книгу «На ножи»

Май 15 2019 / Опубликовано в Аналитические материалы

Всем знакомо выражение ”на ножи”. Но мало кто знает, что на самом деле оно означает и какие несет смыслы. Как мало кто знает и о том, что техника ножевого боя, применяемая в русской криминальной традиции - это целое тайное искусство.

Книга академика Олега Викторовича Мальцева “На ножи” – это первая часть в серии из 4 книг, посвященных исследованию русской криминальной традиции. Книга состоит из вводной и практической части, это экскурс в историю формирования техники ножевого боя, применяемого в русской криминальной традиции.

Структура, смыслы, задачи

В книге автор рассказывает о том, что русская криминальная традиция – единственная в мире, имеющая такую древнюю историю. Как выяснилось в ходе исследования, она пережила 11 этапов формирования, первый из которых начался еще за долго до становления на Московский престол Ивана Грозного. У этой традиции было много времени, что бы усовершенствоваться, отточить навык и превратиться в настоящее мастерство, кровавое и опасное в руках ее последователей.

Задача этой книги, не просто рассказать о том, как применяют нож представители русского криминалитета, а дать возможность изучить эту технику, что бы обезопасить себя. Потому что только проникая в скрытую систему координат врага, изучая его тактику изнутри, мы можем разработать систему контратаки для собственной защиты.

В первой части книги мы находим описания типов оружия и техник нанесения ударов соответствующих разным периодам, логические и тактические модели техник, что лежат в основе самих ударов. Во второй части книги реставрированы 36 ножевых ударов с сохранением оригинальных названий. А если учитывать, что каждый из ударов имеет свою особенность в зависимости от того, какой рукой его наносят, левой или правой, то мы насчитывает около 70 ножевых ударов.

Любая информация внутри криминального круга всегда строго засекречена и охраняется криминальным кодексом. А криминальный кодекс чести – не терпит нарушений и не знает пощады. Но так было раньше. Ныне, система ведения уличного ножевого боя частично утеряна и забыта в силу трансформации самой криминальной традиции и смены системы координат, в которой она существует.

Пойди туда не знаю куда, найди то не знаю что

В мире на пальцах можно пересчитать людей, которые занимаются исследований криминальных традиций. Это особый вид исследований на стыке истории, криминалистики, психологии, социологии. Профессор О. В. Мальцев как раз относится к числу этих ученых. Это очень сложная тема, требующая специальных методик реставрации, работы с информацией. Назовите это как хотите, но вскрыть невидимый сейф, может далеко не каждый.

Помните сказку “Пойди туда не знаю куда, принеси то, не знаю что”? С восстановлением информации о криминальных культурах приблизительно такая же ситуация. Это всегда чудо материализации. Представьте, что группа лиц на протяжении веков, осознанно и под страхом смерти складывала информацию в некое невидимое хранилище, строя вокруг него неприступную крепость где-то в районе “тридевятого царства-тридесятого государства”. В которое и ходу нет, если не хочешь стать мертвецом. Этот резервуар с информацией – своего рода сейф, находящийся в нематериальной плоскости и вам нужно найти это сейф, которого и в мире то нет и достать из него информацию, которой тоже фактически нет.

Скрытая спецслужбами история криминальной традиции

В свое время, когда в послереволюционной России начал активно формироваться карательный аппарат и система тюрем, которую мы видим и поныне, а разбойники с большой дороги стали превращаться в кланы со своим языком, законом и своими лидерами, проще говоря превращаться в организацию, НКВД поставило себе задачу изучать все проявления и формирующиеся принципы этой организации. Перед службой стояла задача сделать тайное явным узнать информацию, скрытую криминальным кодексом. И находились уголовники, которые обменивали криминальные традиции на свободу, давая показания, в которых рассказывали о вере воровской, о боевых техниках, о системе знаков, языке. Но эта информация не дает полной картины жизни воровского мира, да и тот архив, которым владеют спецслужбы, как вы понимаете скрыт грифом “Секретно”.

“Информация о военных техниках криминального мира была взята на вооружение военной разведкой и засекречена на рубеже 30-40 годов, – пишет Олег Мальцев в своей книге. Если говорить о воинском искусстве и о разных его техниках, мы должны учитывать тот факт, что у каждой из них разные задачи и разные плоскости применения.
Криминальная традиция – это искусство убивать не оставляя противнику шансов. В темной подворотне, на улице, в трезвой и пьяной драке, с тыла или со спины, случайно, с целью вымогательства, мести, приведения в силу приговора, демонстрации силы и превосходства. Во время любых “рамсов” удар ножом это всегда вопрос жизни и смерти, молниеносный удар, немешкающий. А вот чьей жизни и чьей смерти – определяет степень мастерства и степень владения разными видами этого оружия.

Уличный ножевой бой – не спорт

Информация, поданная в книге “На ножи” отличается от описания разных спортивных техник поединка, которые заключаются в том, что специально обученные люди, спортсмены, побеждают на ринге в специально созданных условиях. Практическое применение таких приемов на улице – невозможно. Техники описанные в книге О. В Мальцева предназначены для улицы, они на ней рождены. Изучая эту книгу вы можете обезопасить себя именно от колющего-режущего в темном переулке, от ножа в спину, бритвы по горлу и пера в бок.

На протяжении столетий эта техника оттачивалась и применялась представителями русской уголовной традиции. Где уровень владения искусством поножовщины, говорил об иерархической принадлежности практикующего. Чем выше криминальный статус, тем лучше его владелец орудовал ножом и тем больше приемов знал и умел применять.

Книга “На ножи” исследует глубинные смыслы явления ножевого боя в криминальном мире. Рассказывает об этимологии через призму культур, под влиянием которых формировалась техника и восстанавливает традиции владения ножем в хронологическом порядке, начиная от самых истоков и вплоть до становления бандитизма в 90-е.

Такое детальное описание ножевых ударов подводит нас к обширной теме, под названием «Махалово», собственно самой традиции, в которой применялись эти удары уже на практике. Тема «Махалова» и его тактических моделей с применением ножа раскрыта в одной из следующих книг Олега Викторовича Мальцева, посвященных исследованию русской криминальной традиции.

По обе стороны баррикад?

Май 10 2019 / Опубликовано в Аналитические материалы

В 2014 году в США вышел фильм «Судья», который посмотрели миллионы зрителей. Многие воспринимают его как фильм о психологии родственных отношениях отца (судьи) и сына (адвоката). Давайте посмотрим на этот фильм с несколько иной точки зрения.

Итак, судья обвиняется в убийстве. Его судит его же коллега, которого он прекрасно знает. Защитник (адвокат) – сын судьи, обвиненного в убийстве. Фильм достаточно красочно описывает, что чувствует человек, который 42 года своей жизни судил других людей, и которого теперь судят самого. Фильм ярко показывает, как судья оказывается по «другую сторону баррикад» и смотрит на судебный процесс уже с точки зрения стороны защиты.

В повседневной юридической жизни адвокаты часто делятся впечатлениями относительно тех или иных судей, а судьи – относительно работы адвокатов. И, хотя, и судей и адвокатов объединяет одна профессия – юрист, многих не покидает ощущение, что между ними существует некая «баррикада».
Так ли это на самом деле наш журналист решила выяснить у юриста, которая работала судьей, после чего уволилась и теперь занимается адвокатской практикой.


Мы взяли интервью у Супрун Галины Борисовны, бывшей судьи Подольского районного суда г. Киева, а в настоящее время – адвоката. Итак, есть ли «баррикада»?

- Галина Борисовна, сколько лет Вы работали судьей и сколько Вы занимаетесь адвокатской практикой?
- Судьей я проработала 13 лет, адвокатской практикой занимаюсь уже 2 месяца.

- Не могу не спросить. В прошлом году в сети Интернет была опубликована информация о том, что Вас «задержали за коррупционное преступление в Подольском районном суде г. Киева». Это соответствует действительности?
- Нет, эта информация ложная. Обыск у меня в кабинете в Подольском суде действительно был. Но никаких подозрений, обвинений мне никто не предъявлял. В деле я являюсь свидетелем, следствие по делу окончено. В момент обыска и громких заявлений в СМИ о якобы моем «разоблачении в Подольском суде» меня вообще в Украине не было. Безусловно, у меня были адвокаты, которые оказывали мне правовую помощь в этом процессе, теперь мы уже коллеги.

- Через несколько месяцев после указанных событий в Подольском суде Вы уволились и стали заниматься адвокатской практикой. Это решение как-то связано в указанными событиями?
- Нет, никак не связано. Зачем мне увольняться с должности судьи, если никаких обвинений и подозрений в мой адрес нет и не было? Решение заняться адвокатской практикой не было для меня спонтанным, и с указанными событиями никак не связано.

- Теперь, когда Вы занимаетесь адвокатской практикой, на судей жалуетесь или из солидарности с бывшими коллегами принципиально этого не делаете? Желание написать жалобу на судью еще не возникало?
- Я не сторонник жалоб, не была им, когда работала судьей, не являюсь им и сейчас. А вот желание написать жалобу на судью уже было, отрицать не стану. Грубого нарушения не было, поэтому жалобу я не писала, но если таковые будут, то думаю, что напишу. Я ведь могу предположить, почему тот или иной судья отказывает, например, в принятии иска к производству, здесь вариантов не много: либо не желает рассматривать резонансное дело, либо не желает еще одно дело в свое производство. Меня как адвоката попирание нормами процесса, безусловно, возмущает, это факт.

- С Вашей точки зрения в чем основное психологическое отличие в работе судьи и адвоката?
- Свобода выбора. Я объясню.

Во-первых, адвокат (если не учитывать тех коллег, которые работают в Бесплатной правовой помощи и являются адвокатами по назначению) свободен в выборе дела, которым он будет заниматься. То есть я могу сама решать интересно мне дело или нет, желаю я им заниматься или нет. У судьи такого выбора нет. Если дело на тебя распределено, то ты будешь его рассматривать. Есть дела, скажем так, стандартные, например, взыскание долга по расписке. А есть дела нестандартные и с точки зрения доказывания, и с точки зрения, например, противоречивости норм закона. Безусловно, рассматривать такие дела мне как судье, как юристу было интересней.

Во-вторых, адвокат может выбирать клиента, то есть решать с кем ему работать, а с кем нет. У судей никаких клиентов нет, но в любом случае люди, которые приходят в процесс разные, и психологически это тоже необходимо учитывать. В моей судейской практике бывали случаи, когда и человека жаль, что он в таких обстоятельствах оказался, но закон не на его стороне и ничем этому человеку не помочь – закон есть закон.

В-третьих, психологический аспект со стороны общества. У нас в обществе бытует мнение, что адвокаты «хорошие», так они защитники прав и интересов конкретного лица, а судьи якобы «плохие».

- Так кем легче работать: адвокатом или судьей?
- Я не думаю, что так можно было бы поставить вопрос. Везде есть свои особенности и везде своя ответственность. Но лично мое мнение, что степень свободы выбора, возможность распоряжаться своим временем у адвоката больше.

- А почему такое общественное мнение существует, что судьи «плохие»? Как вы считаете, и кто в этом виноват?
- Здесь несколько факторов с моей точки зрения, ведь такое мнение формировалось не за один год и доля вины самих судей, безусловно в этом тоже есть.
Во-первых, по поведению отдельных судей делают выводы относительно всей судебной системы. Срабатывает так называемый человеческий фактор, например, когда судья, выпивший за рулем, пытается с помощью своего статуса избежать ответственности. Вместо того, чтобы извиниться за свое неправомерное поведение, судья начинает использовать свой статус в ситуации, где он явно не прав, и своим поведением порочит общепринятое представление о судье. Такие ситуации быстро попадают в СМИ, потому что они вопиющие, люди на это смотрят и думают, что все судьи такие.

Я знаю множество судей, которые являются прекрасными специалистами, они всю жизнь были преданны своей работе, они были фанатами своего дела. И им тяжело стало в определённый момент времени это негативное общественное мнение относительно судебной системы, так как по поступкам отдельных судей сложилось мнение о всей системе в целом.

Во-вторых, в Украине не всегда ведь были школы судей. Был период, когда был большой недобор судей, не было школы судей, а судей не хватало. Например, из адвокатов шли в апелляционный суд сразу работать. Сейчас такого нет, уже есть школы, есть подготовка. Но в тот период, когда юрист становился судьей и не проходил специальную подготовку, в том числе и психологическую, когда он попадал в стрессовую ситуацию, его поведение было, мягко говоря, не достойным.

В-третьих, Вы же понимаете, что в любом процессе какое-бы решение суд не принял, всегда одна из сторон будет этим решением недовольна, так как сторон всегда две.

Поэтому я считаю, что виноваты и сами судьи, однако по поступкам отдельных судей нельзя делать вывод относительно всей судебной системы в целом, необходимо отличать поступки и поведение одного судьи, от другого. То есть все должны быть индивидуально.

- А как же судебная реформа?
- Если брать последние изменения с конца 2017 года, то процесс стал более усовершенствованный и ближе к европейской модели. Появилось, например, письменное производство в гражданском процессе, это значительно упрощает процесс и время рассмотрения дела, заявитель может быстро получить результат. То есть законодатель пытается упростить процесс, но на практике этого с моей точки зрения пока не произошло, так как вследствие реформы многие судьи были уволены, отстранены либо сами ушли в отставку. Количество судей уменьшилось, а дел на каждого судью соответственно увеличилось. Из-за этой нагрузки результата реформ и не видно. Например, если раньше у одного судьи было по 5-6 дел в день, то в 2018 году по 18 -20, я даже знаю судей, у которых было по 30 дел в день. Соответственно это влияет на качество и на результаты, которых люди ожидают, когда идут в суд за защитой своих прав. Поэтому, с одной стороны, процесс стал проще, но нагрузка на судей увеличилась, поэтому качество работы судебной системы в лучшую сторону не изменилось.

- Некоторые люди считают, что от адвоката в процессе ничего не зависит, что он просто статист. Это так?
- Нет, конечно, это не так. Я думаю, что люди, придерживающиеся такого мнения, что адвокат — это просто статист, еще живут в СССР, это там в большинстве случаев адвокат был статистом и от него ничего не зависело, советская система была обвинительная, если прокурор сказал, что человек виновен, то значит виновен. С независимостью Украины эта ситуация изменилась. Я думаю, что с каждым годом у адвокатов появляется больше прав, больше возможностей. Я так считаю сейчас, и такого же мнения придерживалась, когда работала судьей. От адвоката в процессе, особенно уголовном, очень многое зависит – как он знает дело, какие доводы приводит. Адвокат может в корне изменить исход дела. Мастерство адвоката всегда вызывает уважение, у судей в том числе.

- У нас тема интервью «по обе стороны баррикад». Скажите честно, так баррикада все-такие существуют или ее нет?
- И да и нет. С одной стороны, ее нет, так как у нас состязательность сторон, а не сторон по делу и судьи в процессе, и все это прекрасно понимают. С другой стороны, я вспоминаю один случай, который я наблюдала во время прохождения стажировки перед получением адвокатского свидетельства. Вместе с руководителем моей практики мы были в одном районном суде г. Одесса, где рассматривалось дело о покушении на убийство. Это был первый раз, когда я сидела в зале в качестве слушателя, а не председательствовала по делу. Дело слушала так называемая «тройка судей». Во время исследования вещественных доказательств стороны обвинения один из судей даже не смотрел и не слушал, что происходит, я видела, что он отписывал почту. То есть ему было неважно, что происходит в зале, он своими делами был занят. Мне даже как просто слушателю было неприятно на это смотреть, думаю, что у защитника были похожие эмоции. И вот я думаю, что именно в такие моменты и возникает эта «баррикада», о которой Вы спрашиваете. Поэтому если баррикада и есть, то убрать ее можно только одним способом – уважением друг к другу как юрист к юристу.